В Вс, 18 ноября:
Тема эфира:
Алла Кадыш, Евгений Лобанов
Ток-шоу Аллы КАДЫШ. В гостях журналист Георгий МАРИАМУЛИ и адвокат Артём КОБЗЕВ Телефон: (905) 944-1430
  • Лариса ВЕЛЬГОВОЛЬСКАЯ
  • Материалы журнала Russian Week

Юрий Цеви. “Я желаю людям интересной жизни!”

В июне в Торонто состоялся премьерный показ полнометражного документального фильма «Над вымыслом слезами обольюсь…». Его героем стал хорошо известный в нашей общине человек – Юрий Цеви. Кто-то, кому повезло поездить с ним по Канаде, знает его как знатока истории нашей прекрасной страны и замечательного рассказчика, для других он просто хороший друг и оригинальный интеллектуал.

Ну, а для тех, кто с Юрой до сих пор не знаком, появилась отличная возможность с ним познакомиться.

– Юра, когда и как возникла идея снять этот кинофильм?

– Идея, конечно, не моя. Было бы смешно, если бы я решил: надо снять кино о моей «уникальной» жизни. Конечно, нет. Идея принадлежала режиссеру Ольге Смаковой. Она выпускница ВГИКа и, на мой взгляд, очень хороший режиссер. Она понимает, что она хочет и что делает. А началось все с того, что года четыре назад она заказала у меня экскурсию, и мы поехали в канадскую глубинку. Я ни о чем не догадывался, и только потом, когда у нее созрела идея, она предложила снять фильм. Я сказал: «Ну, конечно, давай!». А про себя подумал: «Что про меня снимать?». Хотя, наверное, про каждого человека можно снять кино, особенно про эмигрантов. У каждого своя «мыльная опера». И еще я подумал, возможно, я смогу рассказать что-то интересное, поделиться своими мыслями.

– Мыслями о чем?

– О жизни, наверное. Мне сложно судить, но, по-моему, фильм рассказывает о том, как сохранить себя в каких-то не очень стандартных условиях. Ведь все эмигранты прошли свой, особенный, путь. Возможно, кто-то сможет узнать себя в моих мыслях и взглядах на жизнь. Наверное, поэтому я и согласился, даже не зная, что из этого получится.

– Фильм получился довольно откровенным, тебе не кажется?

– Это совершенно естественно для документального кино. Все мировое арт-хаусское кино всегда «про себя». Я, конечно, не сравниваю фильм про себя с шедеврами Феллини или, скажем, Вайды. Я имею ввиду, что не каждый режиссер и не каждый персонаж, о котором снимается документальный фильм, может решиться взять и рассказать правду о себе. Хотя мы и можем иногда поделиться самым сокровенным, чем-то очень личным со случайным попутчиком, с которым больше никогда не встретимся.

– Насколько я знаю, над фильмом работала довольно большая съемочная группа.

– Да. Ребята были потрясающие, молодые, что очень приятно. Режиссер, Оля Смакова, была очень напористой. Она из тех людей, которые добиваются своего. Я не ожидал от нее такого напора.И меня она заставляла не лениться, фокусироваться, хотя из-за моих проблем со здоровьем мне иногда это было сложно. Так что, все состоялось благодаря ей.

– Почему одни эпизоды были сняты на английском языке с русскими титрами, а другие наоборот? Лично меня это немного напрягало, все время приходилось перенастраиваться.

– Я думаю, это сделано специально, так как фильм рассчитан не только на русскоговорящую аудиторию, его планируется показывать разным этническим общинам. Но чтобы не потерять русский колорит, определенные места сняты на русском языке. Думаю, было бы сложно перевести на английскийский мое живое общение с кем-то, какие-то идиомы, фразы. Это было бы просто нелепо. Но когда я рассказываю о себе сам, то говорю по-английски. Так что, я думаю, из этих причин. Чтобы было доступно большему количеству зрителей.

– В фильме ты говоришь о том, что перед каждым выступлением, выходом на сцену, ты очень волнуешься. Ты готовился как-то ко дням съемок? Или все получалось экспромтом?

– Оля снимала все подряд. Она отсняла такое количество материала, что хватило бы на несколько фильмов. Естественно, все это не могло войти в фильм. Я думаю, ей непросто было отобрать что-то, потому что многие куски ей нравились.

– А ты участвовал в отборе материала, в процессе монтажа?

– Нет. Я в первый раз готовый фильм увидел недавно, незадолго до показа. Кстати, премьера была приурочена к моему дню рождения.

– Вот ты посмотрел фильм о себе… Что ты почувствовал? На тебя нахлынула волна воспоминаний о своей успешной актерской карьере, о российской бытности, о трудностях первых лет эмиграции… Или это стало просто констатацией факта: ну, сняли и сняли. Что такого…

– Я не могу сказать, что фильм меня подвиг на какие-то новые воспоминания. Я никогда от этого не уходил. Я постоянно переосмысливаю прошлое. Мы недавно с дочкой и ее мужем поехали в Грузию, где я родился. Я специально поехал в ту деревню, где прошло мое детство. Было интересно.

– В фильме очень много кадров из реальной жизни Торонто. Люди гуляют, беседуют, сидят в кафе, смеются, фотографируются. И, казалось бы, не имеют к твоей истории никакого отношения… Возможно, это какой-то визуальный намек на то, как близко к сердцу приняли канадцы историю 30-летней давности о 50 российских артистах, застрявших в Торонто без денег, без крыши над головой, оказавшихся практически в безвыходной ситуации. Уже одно это – сюжет для многосерийного фильма. А твой случай осложнился еще и тяжелой болезнью именно в этот момент. Нет, ну, ты видишь, мне ужасно хочется проспойлить фильм, но мы же договорились, что делать этого не будем, чтобы зрители могли все увидеть сами.

– Ты знаешь, когда-то один очень известный человек предложил мне написать об этой истории, чтобы потом на русском телевидении сделать сериал. И я написал такой небольшой синопсис, описал основные характеры, в общем, нарисовал общую картинку. Мои наброски он показал на студии. Ему сказали: «Ты что, с ума сошел?! Какой может быть сериал про 50 русских артистов, которые остались в Канаде? Кто будет показывать такой сериал?».

– Что-то я не вижу ничего такого ужасного. Наоборот, интересно.

– Ты не видишь. А там увидели и решили, что это очень непатриотичное предложение.

– Кстати, остались все?

– Нет, конечно. Кто-то уехал, уже получив канадскую пенсию, гражданство. Дураков нет! Канаду, Америку можно обгаживать уже оттуда, но при этом получая бенефиты канадского паспорта, деньги налогоплательщиков.

– В фильме ты говоришь о том, что жизнь каждого человека должна быть интересной. Ты считаешь, что твоя жизнь была интересной? Несмотря на все сложности, болезни?

– Ну, я стараюсь. Нельзя же зацикливаться на недугах, жить как будто ты стоишь в очереди в поликлинику, чтобы все время говорить о своем нездоровье. Это неправильный подход. Сейчас, когда уже позади экстремальные периоды, мне не скучно.

– А это важно для эмигранта – чтобы не было скучно?

– Я думаю, что это важнее всего вообще и не только для эмигранта. Некоторые люди живут всю жизнь, никуда не эмигрировав, как в колодце. Я иногда смотрю на китайцев или корейцев, которые работают в своих магазинчиках или закусочных – вся их жизнь проходит там. Представляешь, какой это ужас! С одной стороны я преклоняюсь перед ними, так как они тяжко трудятся. Но жить когда? Они нигде не бывают, ничего не видят, никого не знают. С раннего утра до позднего вечера они в своем магазинчике. Потом они спят и идут обратно. Я никогда не хотел такой жизни. Хотя у меня был период, когда я работал в магазине и пек печенье. Я тогда плакал ночами и думал, неужели вся моя жизнь пройдет на кухне? Когда я был маленьким, всегда боялся, что мне придется работать на заводе. Только не пойми меня неправильно – я ничего не имею против заводов и людей, которые там работают. Для кого-то завод – это рай с твердой зарплатой, бенефитами, постоянством. А для меня это была каторга! Когда я попал в магазин печенья, со мной работал один скрипач. Точнее, он был скрипачем, но потом попал в аварию и оказался в этой пекарне. Мы подружились. И печем это печенье. Я – солист первой категории с двумя высшими образованиями, актерским и режиссерским, учился у великих мастеров – и никаких печений у меня в жизни не было (я их до сих пор терпеть не могу!). И Роберт – музыкант, подающий надежды. И он мне говорит: «My whole life led me to this moment!» – «Вся моя жизнь привела меня к этому моменту». Мы с ним как-то так иронично хихикнули… Я эту фразу потом часто повторял в разных ситуациях, серьезных и не очень. Через какое-то время мы встретились на кинофестивале. А он уже тогда руководил оркестром, купил дом, квартиру в Майами. После выступления этого оркестра я подошел к нему и говорю: «Роберт, помнишь, ты мне говорил «My whole life led me to this moment»? Сейчас я возвращаю тебе: «Вся твоя жизнь привела к этому моменту!». И мы опять посмеялись.

– Это всегда приятно, когда вспоминая тяжкие времена, можно посмеяться.

– Да, вот такая ирония.

– А к чему привела тебя твоя жизнь?

– Я сбалансированный человек. У меня хорошие друзья, у меня замечательная дочь. Этого для счастья уже достаточно. Я никогда не переставал чувствовать себя тем, кто я есть. Я – актер Юрий Цеви. Я, наверное, реально оцениваю, что со мной происходит. Может, у кого-то есть другие амбиции и кому-то все время чего-то мало (я таких людей тоже знаю), но я с благодарностью отношусь к тому, что у меня есть. Ведь этого могло и не быть… И еще, эта замечательная страна, которой я абсолютно благодарен. Мне здесь очень нравится, и я очень раздражаюсь, когда люди начинают ругать Канаду, высказывать недовольство, ворчать. Не работая в Канаде ни единого дня, многие наши соотечественники получают канадскую пенсию, смотрят российское телевидение и поэтому считают себя большими патриотами. Я не могу с уважением относиться к патриотизму такого рода. Это больше похоже на иждивенчество.

– Я с тобой полностью согласна. Когда ожидается выход фильма для широкого круга кино-и телезрителей?

– Этот вопрос не ко мне. Но я уверен, что об этом будет информация в средствах массовой информации.

– Будем с нетерпением ждать. А я с удовольствием посмотрю его еще раз. Спасибо тебе за эту интересную беседу!

Лариса Вельговольская


Полностью материал читайте в журнале Russian Week “Канадский лекарь” Август!

Posted in Лариса ВЕЛЬГОВОЛЬСКАЯ, Материалы журнала Russian Week, Новости

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

Наши Проекты

Оцените нас на Facebook!

“Мои источники” Яндекс

Новости по месяцам

Новые комментарии