Водитель заправляет автомобиль в Монреале. 4 марта, 2022 г. THE CANADIAN PRESS/Graham Hughes
Рост цен на бензин, связанный с волатильностью мирового нефтяного рынка, оказывает давление на канадские предприятия и потребителей, в то время как эксперты оценивают реакцию энергетической системы страны на меняющиеся глобальные условия.
Экономисты говорят, что недавний рост цен на бензин обусловлен глобальной напряженностью, включая конфликт в Персидском заливе.
«Нефтяной рынок — это глобально интегрированный рынок, — сказал Перри Садорски, доцент экономики в Школе бизнеса Шулиха Йоркского университета. — Цена, установленная на мировом рынке, — это цена, используемая во всем мире».
Он отметил, что более высокие цены на нефть быстро приводят к увеличению затрат на заправках, поскольку цены на топливо устанавливаются на глобальном уровне. Эта динамика ощущается по всей Канаде, в том числе в Альберте, крупнейшей нефтедобывающей провинции страны.
Сукхдип Дадиан, владелец небольшого бизнеса по грузоперевозкам в Альберте, сказал, что его компания платит примерно на 220–300 долларов больше за топливо для каждого грузовика за рейс из-за роста цен на топливо, в то время как контрактные ставки остаются неизменными.
«Напряженность на Ближнем Востоке влияет на Канаду, — сказал он. — Сейчас очень трудное время для отрасли грузоперевозок». Дадиан сказал, что его компания, предоставляющая услуги грузоперевозок крупным фирмам, сократила количество трансграничных поездок в Соединенные Штаты и сосредоточилась на более коротких маршрутах внутри Канады. «Если мы будем совершать более дальние рейсы, мы будем тратить гораздо больше на топливо».
Он говорит, что некоторые операторы приостановили работу своих грузовиков, потому что больше не могут позволить себе топливо, хотя его компания продолжает работать благодаря существующим контрактам.
Садорски сказал, что хотя более высокие цены могут возобновить интерес к расширению производства, инвестиционные решения принимаются на основе долгосрочных ожиданий, а не краткосрочных скачков цен.
Что ждет нас в будущем?
«Если посмотреть на ожидания рынка относительно будущих цен на нефть, то они составляют около 75 долларов за баррель, — сказал он. — Этого недостаточно, чтобы оправдать какое-либо крупное расширение добычи здесь, в Канаде».
Он добавил, что даже если новые проекты будут одобрены сегодня, на их ввод в эксплуатацию уйдут годы.
«Учитывая нынешнюю ситуацию, мы ничего не можем с этим поделать в краткосрочной перспективе», — сказал он.
Что касается способов снижения зависимости Канады от мировых нефтяных рынков, Садорски говорит, что Международное энергетическое агентство указывает на электромобили.
«МЭА заявило, что, возможно, следует немного снизить зависимость от нефти, — сказал Садорски. — Многие другие страны, особенно страны Юго-Восточной Азии, сразу перешли на электромобили».
Садорски отметил, что, хотя Канада добывает около пяти миллионов баррелей нефти в день, только около одного миллиона потребляется внутри страны, а остальное продается на мировых рынках.
Он сказал, что политика, направленная на сохранение большей части нефти в Канаде — например, ограничение экспорта — теоретически может снизить внутренние цены на топливо, но потребует значительных компромиссов и столкнется с политическими и экономическими проблемами.
«Потребители будут очень довольны, но производители будут очень недовольны», — сказал он. Ноха Разек, профессор экономики в Университете Реджайны, сказала, что положение Канады как крупного экспортера нефти не защищает ее от глобальных колебаний цен.
«Хотя мы являемся экспортерами, мы не являемся энергетически независимыми», — сказала она. «Некоторые провинции по-прежнему зависят от импортной нефти». Разек сказала, что Канаде необходимо диверсифицировать свои экспортные рынки за пределами Соединенных Штатов, одновременно укрепляя внутреннее производство и инфраструктуру в провинциях.
«Мы должны работать над внутренними проблемами трубопроводов и внутреннего производства, чтобы стать более самодостаточными», — сказала она.
Она говорит, что эти шаги могут помочь смягчить последствия глобальных потрясений.
«Это может уменьшить волатильность, но не устранит ее полностью, — сказала она. — Всё равно. это по-прежнему глобальный рынок».
Фото:THE CANADIAN PRESS/Graham Hughes
