На фотографии, сделанной в Киеве в понедельник, 25 августа 2025 года, изображен канадец Мак Хьюз, получивший ранение в результате атаки российского беспилотника во время боевых действий на стороне Украины в июле 2025 года. Фото: The Canadian Press/Sean Kilpatrick
Мак Хьюз смотрит на своё тело и на следы от удара российского беспилотника в прошлом году. Красные, ромбовидные узоры очерчивают кожные трансплантаты на его ногах. Пятнистая серая и фиолетовая кожа покрывает его ступни.
«Они выглядят довольно жутко, почти как «скин» из Call of Duty на моих ногах или как картина, — говорит 23-летний парень. — Я подумываю о крутых татуировках, которые мне следовало бы сделать… чтобы мои ноги выглядели так, будто они горят пламенем или что-то в этом роде».
Житель Калгари в телефонном интервью Canadian Press из своей квартиры в Харькове на северо-востоке Украины говорит, что ему ещё предстоит пройти долгий путь восстановления. Но он снова ходит и почти может бегать.
Он очень хочет вернуться в свою часть в составе украинских вооруженных сил. «Ничего не меняется. Война продолжается. Она не закончится ещё как минимум пару лет, если мир ничего не предпримет, не вмешается и не остановит Россию».
Во вторник исполняется четыре года со дня российского вторжения в Украину. Хьюз был там почти с самого начала.
Он присоединился к отцу в волонтерской работе в раздираемой войной стране, а затем записался в армию после того, как близкий друг погиб в бою.
В последний День Канады он услышал приближающийся к его позиции беспилотник и побежал, но тот взорвался и зажал его между машиной и стеной. Затем он загорелся. Он умолял сослуживцев застрелить его. Они отказались и, в конце концов, освободили его.
Он получил ожоги трети тела. Ему сделали несколько операций. Врачи также переместили некоторые нервы в его ногах, говорит Хьюз. «Раньше я не мог двигать ногой, а теперь нога работает. Я вижу заметную разницу».
Украина, особенно Харьковская область, расположенная примерно в 30 километрах к югу от российской границы, пострадала от низких температур и постоянных российских атак, в результате чего многие остались без электричества.
Сидя дома в темноте со своей девушкой и тремя брошенными кошками, которых они спасли, Хьюз говорит, что предстоящая годовщина российского вторжения, вероятно, никак не затронет большинство людей.
«К сожалению, для парней на передовой это будет просто еще один день, — говорит он. —Здесь приходится сталкиваться со множеством проблем, и ты теряешь много друзей. Я легко могу назвать 15 или 20 человек, которых я знаю, которые погибли, и это были мои хорошие друзья. Они приходят и уходят, а смерть и разрушения — это реальная часть войны».
Его отец, Пол Хьюз, отправился в Украину из Калгари через пять дней после вторжения. Первоначально он планировал воевать, но в итоге стал оказывать помощь и основал свою собственную благотворительную организацию HUGS, или Helping Ukraine Grassroots Support (Помощь Украине на низовом уровне).
В его харьковской квартире уже пару недель нет ни электричества, ни отопления.
«Приходится заходить в квартиру в толстовке, укутываться в одеяла и толстые носки, — рассказывает 61-летний канадец о том, как согревается.
— Это ужасно. Потому что очень трудно принять душ, когда холодно, из-за высокой влажности в воздухе. Я могу с этим справиться. Я канадец», — говорит он в телефонном интервью во время одной из своих ежедневных доставок.
— Теперь ещё и водопроводные трубы лопаются, потому что всё начинает замерзать. И это катастрофа… просто катастрофа».
Он останавливается, чтобы доставить походную плиту пожилой женщине и лекарства другой, на заднем плане воет сирена воздушной тревоги. Он вздыхает от досады.
«Сирен много каждый день. Беспилотники «Шахед» прилетают почти каждый день».
Год мирных усилий правительства президента США Дональда Трампа не смог остановить боевые действия.
В начале этого месяца США установили для России и Украины крайний срок — июнь, — для достижения соглашения о прекращении войны.
«У меня нет никакого оптимизма в этом отношении, потому что Трамп настолько некомпетентен… кажется, он в кармане у Путина, — говорит старший Хьюз, имея в виду российского президента. — Он, как здесь говорят, похож на агента русских».
И отец, и сын говорят, что планируют в итоге вернуться в Калгари, но не в ближайшее время.
«Харьков теперь мой дом, — говорит Пол Хьюз. , — Когда война закончится, мы отправимся домой. Мы взяли на себя обязательства, и теперь, после четырех лет, уходить просто неуместно».
«Когда война закончится, мы отправимся домой»…
Билл Грейвленд,The Canadian Press
Фото: The Canadian Press/Sean Kilpatrick
