Около 46 миллионов человек страдают сегодня от старческого слабоумия, и это число к 2050 году может утроиться. Одной из наиболее распространенных причин деменции специалисты называют болезнь Альцгеймера.
Болезнь Альцгеймера – наиболее распространенное нейродегенеративное заболевание и ведущая причина деменции (приобретенного слабоумия) в мире. По современным представлениям, нейродегенерация при ней обусловлена накоплением в мозге двух патологических форм белков: бета-амилоида (в виде бляшек) и гиперфосфорилированного тау-белка (в виде нейрофибриллярных клубков).
Традиционно в борьбе с болезнью Альцгеймера лидируют израильские ученые.
Первый прорыв совершила доктор Марта Вейнсток-Розин – профессор из Hebrew University, разработав лекарство Экселон (фото на обложке).
Экселон (или Ривастигмин) на сегодняшний день считается одним из самых эффективных средств в борьбе с болезнью на ранних стадиях. Однако Экселон не борется с причинами заболевания, а всего-навсего замедляет его развитие.
В стадии разработки также находится еще один израильский препарат, при помощи которого удалось полностью устранить все симптомы болезни у подопытных мышей, предотвратив уничтожение нервных клеток.
Получившие препарат мыши с болезнью Альцгеймера проявляли такие же когнитивные способности, как их здоровые сородичи. “На данном этапе говорить об успехе препарата слишком рано, поскольку ему еще предстоит пройти клинические испытания. Но предварительные результаты внушают оптимизм” – говорит профессор Фишер из Университета Бар – Илам, который разрабатывает препарат вместе с департаментом неврологии Тель-Авивского медицинского университета.
Помимо лекарств, израильская компания Neuronix также разработала методику лечения болезни Альцгеймера на основе когнитивных упражнений с использованием компьютерной игры и стимуляцией мозга с помощью магнитного шлема.
Использование шлема для лечения недуга показало заметное улучшение состояния пациента уже спустя 6 недель. После серии процедур состояние больных стало лучше, нежели на ранних стадиях лечения. Этот процесс лечения отличается от других тем, что за состоянием больного следили в течение года. Это в свою очередь позволяет нам видеть их функциональное состояние мозга, которое заметно улучшилось после курса лечения», —говорит профессор клиники Нейроникс в Израиле Мартин Рейби.
В последнее время к борьбе Израильских ученых с недугом, который считается одной из самых серьезных проблем в современной медицине присоединились ведущие ученые со всего мира.
Американские и швейцарские ученые сообщили об успехе ранних клинических испытаний биопрепарата, замедляющего развитие болезни Альцгеймера. Отчет о работе опубликован в сентябрьском номере журнала Nature . Новый препарат адуканумаб, разработанный компаниями Biogen и Neurimmune, представляет собой моноклональные человеческие антитела, которые селективно связываются с растворимой и нерастворимой формами бета-амилоида и способствуют их удалению из нервной ткани. Происхождение этих антител заслуживает особого внимания – их обнаружили у пожилых людей с естественной устойчивостью к развитию болезни Альцгеймера.
В клинических испытаниях Ib фазы (направленных на выяснение безопасности, переносимости, фармакокинетики, фармакодинамики и оптимальной дозировки препарата) приняли участие 165 пациентов с ранней стадией заболевания. Им ежемесячно в течение года вводили различные дозы адуканумаба или плацебо. Отложения бета-амилоида в мозге визуализировали ПЭТ-сканированием, а прогрессирование симптомов оценивали с помощью шкал деменции и психического статуса CDR-SB и MMSE.
Выяснилось, что адуканумаб дозозависимо уменьшил накопление бета-амилоида в мозге пациентов, а также замедлил, хотя и ненамного, прогрессирование когнитивных нарушений. При этом частота побочных эффектов оказалась довольно высокой: из-за них 20 пациентов были вынуждены досрочно прервать свое участие в испытаниях. Наиболее часто наблюдались микрокровоизлияния и отек мозговой ткани, которые проходили сами по себе через 4–12 недель.
По словам авторов работы, к полученным результатам надо подходить с осторожностью – небольшой масштаб пилотных испытаний не позволяет сделать однозначные выводы об эффективности и безопасности препарата. Убедительные даные должны быть получены в ходе двух больших клинических исследований, в которых участвуют 300 медицинских центров в 20 странах по всей Северной Америке, Европе и Азии. В общей сложности в них вовлечены 2700 пациентов с ранними стадиями болезни Альцгеймера.
Недавно положительные результаты дал другой подход к лекарственной терапии болезни Альцгеймера. , который предотвращает образование и накопление клубков тау-белка, в III фазе клинических испытаний замедлил прогрессирование деменции примерно на 80 процентов. Интересно, что такой эффект наблюдался только у пациентов, которые не принимали другие препараты от болезни Альцгеймера.
Ну, и наконец, британские ученые объявили о начале новой масштабной государственной программы по исследованию болезни Альцгеймера. Эта программа будет фокусироваться на изучении болезни на ранних стадиях. На сегодняшний день болезнь Альцгеймера становится видимой, как правило, лишь тогда, когда вылечить ее уже невозможно.
Поэтому именно в ранней диагностике может крыться главный секрет лечения.
Вопросы и ответы
Являются ли Альцгеймер и деменция неизбежным злом, связанным с естественным процессом старения человеческого организма, или же это все же болезни, которые можно лечить?
Можно ли на самом деле выявить признаки старческих болезней еще в молодом организме? И как справляется современное общество с растущим числом теряющих контроль над своим сознанием стариков?
Ответить на эти и другие связанные с этой проблемой вопросы ведущему Би-Би-Си Александру Кану помогают специалисты: профессор геронтологии Юрий Конев и врач Александр Эдигер.
Александр Кан: Болезнь Альцгеймера – это бич современного общества. Число больных в мире достигло уже почти 50 млн человек. В Британии каждые три минуты диагностируется очередной случай деменции, которая чаще всего вызвана болезнью Альцгеймера. Отсюда – целый комплекс проблем. Новая программа состоит в том, что около 250 волонтеров будут оснащены специальными датчиками. Они позволят ученым, сканируя головной мозг, глаза, кровь и даже походку совсем не старого еще человека, выделить биомаркеры – ранние признаки надвигающейся болезни. Что это за биомаркеры и насколько реалистичны надежды британских коллег?
Юрий Конев: Биомаркер отражает ранние изменения в структурах головного мозга, который еще не определяется клинически. Попытки их обнаружить делаются уже давно. Но такой комплексной программы пока не было. А по количеству заболевших и наносимому заболеванием урону эта болезнь постепенно выходит на третье место.
А.К.: После онкологии и сердечно-сосудистых заболеваний. Неспециалисты довольно часто путают болезнь Альцгеймера и деменцию. Какая между ними разница?
Александр Эдигер: Деменция (слабоумие) сегодня в 60% случаев – это болезнь Альцгеймера. Для нее есть еще масса причин, кроме болезни Альцгеймера. А ее с точностью определить можно только во время вскрытия.
А.К.: Насколько сегодня болезнь Альцгеймера и деменция – неизбежное зло? Откуда они берутся? Есть термины бета-амилоид и тау-белок. Они вырабатываются организмом или попадают в него извне? В меню говорят об алюминиевой посуде, каких-то других веществах, моющих средствах…
Ю.К.: Здесь нет однозначного ответа. Раз это состояние развивается не у всей популяции, то это болезнь, а не естественный процесс старения. Есть несколько теорий. Но бета-амилоид и тау-белок производятся самим организмом. Это болезнь.
А.К.: Но почему происходит такой стремительный рост? Может быть, потому, что медицина достигла большого прогресса в лечении других недугов? Средняя продолжительность жизни выросла, и люди доживают до более глубокой старости?
А.Э.: Что такое старение населения в индустриально развитых странах? Это увеличение продолжительности существования в некоем режиме – пища, трудовые нагрузки, образ жизни. Есть соблазн назвать болезнь Альцгеймера заболеванием образа жизни. Накоплен огромный материал по развитию болезни Альцгеймера, но в нем масса противоречивых данных. Говорят – курение, избыточное потребление жирной пищи, алюминиевая посуда, почечная недостаточность и еще масса всего.
Но почему такой нереально огромный объем разных факторов может привести к единственному хорошо изученному феномену? Необходимо систематизировать имеющуюся информацию и накопить новую.
А.К.: Как квалифицируются эти болезни? Это психические расстройства или наличие этих протеинов свидетельствует об органической природе этого заболевания?
Ю.К.: Естественно, это имеет органическую природу. Но значение этого заболевания имеет и социальный фактор. В России таких заболевших более полутора миллиона. С таким больным долго не обращаются к врачу, считая, что это естественные признаки старения. И обращаются уже близко к финальной стадии развития заболевания – на такой стадии уже требуется уход, и кто-то из родственников невольно должен жертвовать собой. Кроме того, обращение к психиатру в России считается несколько асоциальным.
А.К.: Но медицина пока не очень понимает, что делать с болезнью Альцгеймера?
А.Э.: К сожалению, это распространенный подход. У нас есть два направления. Первое – изменить обменный процесс, то есть прекратить образование опасных протеинов на доклинической стадии. А второе направление – пытаться его корректировать. В первом направлении пока ничего никому сделать не удалось. А на втором направлении есть разработки некоторых антидементных препаратов. Но пока все достаточно грустно.
А.К.: Тогда в чем смысл предпринимаемого в Британии исследования? Вот выявлены у человека биомаркеры – и что делать?
Ю.К.: Диагноз, поставленный как можно раньше, позволяет затормозить развитие деменции и существенно улучшить качество жизни пожилого и старого человека, а также качество жизни его родственников. Не всем доступна платная помощь, эта проблема у нас стоит очень остро.
А.К.: Есть ли специализированные клиники, дома по уходу за такими людьми? Бремя, которое падает на родственников, зачастую оказывается непосильным. Как медицина и социальная система готовы к этому? Делается ли что-то, чтобы облегчить жизнь больным и их близким?
А.Э.: В Европе существует система для ухода за такими больными. В России не выделяют Альцгеймера из общей массы больных заболеваниями пожилого возраста. Когда диагноз поставлен, то ведь лечения нет, нужен только уход и продление их жизни. Такие больные должны рассматриваться как полноправные члены общества, которым общество должно выделять часть своего продукта – чтобы та жизнь, которая им осталась, была полноценной, чтобы было нормальное питание, уход, специальные упражнения. И собирать информацию при этом.
А.К.: 60% случаев деменции происходит от Альцгеймера. Обязательно ли Альцгеймер ведет к деменции? И какие еще могут быть у деменции причины?
Ю.К.: У заболевших от 60 до 70 лет – деменция от Альцгеймера и сосудистая деменция встречаются приблизительно в равных долях. В более старших возрастных категориях болезнь Альцгеймера начинает преобладать. Причиной сосудистой деменции являются атеросклеротические поражения сосудистых стенок головного мозга. Но результат примерно одинаковый, хотя во втором случае развитие болезни происходит медленнее: больные долго сохраняют возможность себя обслуживать. Но деменция может развиться от ряда инфекционных заболеваний, может быть и посттравматической. Некоторые виды деменции обратимы, но не болезнь Альцгеймера.
А.К.: Приходится иногда слышать о профилактике болезни Альцгеймера?
А.Э.: Говорить об этом, к сожалению, пока не приходится. Мы толком не знаем ее патогенеза. Интересно, что у больных пародонтозом болезнь Альцгеймера почему-то развивается чаще. Вообще сейчас о профилактике пишут много, но в основном это нонсенс.
А.К.: Действительно ли эта болезнь поражает только развитые общества или она в них просто лучше выявляется?
Ю.К.: Конечно, лучше выявляется. В менее развитых обществах люди часто просто не доживают до того порога, когда она развивается.
