В Советском Союзе работали выдающиеся ученые-генетики и Запад в этой области безнадежно отставал от СССР.
Лаврентий Павлович Берия доложил товарищу Сталину, что некие, якобы ученые, утверждают, что кроме обычных клеток и разных молекул, у всех живых существ существуют какие-то гены, которые передаются по наследству и они определяют вырастет, скажем, человек или брюссельская капуста.
– Что по этому поводу думает товарищ Лысенко? – посасывая трубку, спокойно спросил товарищ Сталин.
– Он, как и другие советские ученые, считает, что генетика – буржуазная лже-наука, продажная девка капитализма, а эти так называемые генетики – агенты Антанты.
Они специально все это придумывают, чтобы увести советских селекционеров- мичуринцев в сторону от продуктивной работы по выведению новых сортов пшеницы и скота. Я приготовил справку на генетиков и кибернетиков. Все они давно у нас под колпаком. Если будет решение, прихлопнем в минуту.
– Так в чем дело, товарищ Берия – раз вы все знаете, нечего с этими прохвостами миндальничать. Надо принять самые жесткие меры к этим наймитам мирового капитала.
И товарищ Сталин синим карандашом слева на документе написал: “Тов. Берии. Примите решительные меры к псевдо-ученым и саботажникам. И. Сталин”.
Такую историю рассказывают о расправе с генетиками в СССР.
Генетиков и кибернетиков уничтожили, но все оказалось не так просто: Сталина и Берии давно нет, а генетика есть и прекрасно себя чувствует.
Чтобы прокормить быстро растущее население Земли, ученые стали создавать новые сорта растений, изменяя их с помощью генной инженерии. Вы берете в руки огурец – с виду он ничем не отличается от огурцов, которые вы всю жизнь нарезали в салат и заливали сметаной. Но! – это не тот огурец, которым вас когда-то прямо с грядки угощала бабушка.
Овощи и фрукты быстро портятся – прежде, чем попасть на стол, они пересекают океаны, перелетают с континента на континент. Даже если они росли на местной ферме, их надо доставить на оптовый рынок, оттуда их отправляют в магазины. Овощи и фрукты постоянно сортируют, выбрасываются тысячи тонн продуктов, а население развивающихся стран недоедает.
Кроме социальных аспектов, проблема сохранения продуктов имеет большое значение для экономики. От потерь фермеры и продавцы несут огромные убытки. Поэтому давно ведутся работы по созданию устойчивых к хранению и транспортировке сортов. В масасутчетском… масачучетском …университете ученые сумели добиться того, что помидор много месяцев не портится. Мачачусетским… ученым в этом помогла генная инженерия – в гены помидора ввели ген мыши, ответственный за ее биологические часы, и цель была достигнута: ведь мышь не портится – вот и помидор перестал портиться.
Просто и гениально. Пытливый ум… масасучетских ученых на этом не остановился.
Чтобы помидор не страдал при транспортировке, добавили еще ген бегемота, давший прочную кожу. Возник вопрос: как сделать, чтобы помидор быстрее созревал и с одного куста можно было собрать больше помидоров?
И этот вопрос был успешно решен!
Гены мухи-дрозофилы, ответственные за быстрое созревание, и гены лягушки, которая известна своей плодовитостью, были введены в ген помидора, и это дало потрясающий результат. Тогда у ученых возникла интересная идея: а что, если вместо обычных, мелких помидоров выращивать один большой помидор? Какая это была бы экономия при уборке урожая и транспортировке!
Сказано – сделано. И вот помидор получает гены тыквы и на опытной делянке вырастают огромные красавцы-помидоры. Возникла проблема с вредителями, и было решено добавить в помидор гены птиц, питающихся гусеницами, чтобы он мог сам справиться со своими врагами. Чтобы их распознавать, помидор получил искусственный интеллект, позволяющий принимать решения, желудочно – кишечный тракт, небольшую пасть с зубами, два глаза, четыре мохнатые лапы чтобы убегать от огородных воров, дырявое ведро на голову и метлу в руки от ворон, электромотор, литиевые батареи, четыре колеса, чтобы ехать на рынок, и пистолет, чтобы защищать себя в дороге.
После этого помидоры затеяли судебный процесс чтобы их перестали истреблять и предоставили им гражданские права.
Чтобы привлечь к этой проблеме внимание мировой общественности, группа ортодоксальных, экстремистски настроенных помидоров, взорвала пассажирский самолет Боинг 747, следующий рейсом Дели – Осло, захватила заложников и объявила штат Мачасусетс народной демократической республикой Томато.
Во всех крупных городах Америки и Европы помидоры стали открывать миссии и дипломатические представительства, вести разъяснительную работу и издавать книги и журналы, в которых печатали репортажи о трагической судьбе простых помидоров в Масачучетсе.
Они нашли сочувствующих, в школах их сторонники стали объяснять детям, что помидор такой же человек, как тыква или баклажан, и имеет такие же права.
Первое поколение, прошедшее такую выучку, уже нормально воспринимало помидоры на государственной службе, их дети носили майки с изображением помидоров в банданах и с автоматом калашникова, танцевали помидорные танцы под музыку томато.
Возникла помидорная субкультура. Любой, кто осмеливался выступить против этого, получал прозвище “овощененавистника” и “вредителя” и был отвергнут обществом.
Постепенно появились фильмы, в которых помидоры исполняли роли шерифов и благородных спасителей человечества от пришельцев.
Люди изображались злобными, тупыми фермерами и патологическими огородниками. Составлялись списки вегетарианцев и наиболее активных из них сажали в тюрьму. Помидоры добились для себя избирательных прав, права вступать в браки и брать на воспитание детей.
Были заново отредактированы детские учебники, чтобы подчеркнуть заслуги помидоров в деле прогресса.
Эмансипированные, процветающие помидоры стали много путешествовать, отдыхать в теплых странах. Им везде завидовали и подражали, на них началась мода. Теперь все стали искать в себе частицу помидорного сока – быть в родстве с помидорами стало престижно.
Все говорили о том, что следующим президентом Соединенных Штатов обязательно будет помидор. Радикально настроенный молодежный “Союз молодых помидоров” выпустил брошюру “Вооруженная борьба – единственный правильный путь создания свободного демократического государства Томато”.
Книга имела большой успех и стала настольным пособием для радикалов и тех помидоров, кто был неравнодушен к судьбе своего народа.
Нашлись национальные лидеры, сочувственно отнесшиеся к справедливой борьбе помидоров и выделившие из скудных бюджетов своих стран деньги для вооружения боевых групп повстанцев.
Так началось создание независимого государства, которое, после многих лет вооруженной борьбы, было признано ООН. Первые годы прошли в напряженном строительстве. Не жалея простых помидоров, правительство поставило задачу: в рекордный срок поднять страну из руин. Известный ветеран борьбы за помидорное дело возглавил страну. Его соратники составили правительство. Вскоре из бывшего …Масасутчеса стали поступать известия о расправах с рядовыми помидорами, немыслимых злоупотреблениях властью и чудовищной коррупции.
На пресс-конференциях, бежавшие из Томато помидоры показывали следы пыток и говорили, что их Лидер пьет томатный сок.
Чтобы не утомлять вас рассказом об общеизвестных вещах, скажу, что, узнав о подобных генетических экспериментах, я перестал есть овощи.
Я не хочу чтобы меня когда-нибудь в этом обвинили.
И я считаю разумным требование: на все результаты генетических манипуляций наклеивать ярлыки, чтобы, при встрече в овощной лавке можно было вежливо с ними раскланяться и … все – разошлись, как в море корабли.
Хватит с меня гримас социализма с нечеловеческим лицом.”Мы не должны ждать милости от природы, взять их у нее – вот наша задача!” – когда-то опрометчиво заявил старик Мичурин.
Преступник Берия, с благословения преступника Сталина, уничтожил отечественную генетику, и Советский Союз отстал в этой области от развитых стран на несколько световых лет.
Но благодаря интеграции в мировые процессы граждане, флегматично прокакав империю, получили увесистый шанс отведать все радости потребления продукта корпораций, которые проводят смелые эксперименты с природой.
Теперь – главное: Овощи и фрукты! Внимание! Я Вас всех глубоко уважаю. У меня у самого есть друг авокадо. Я верю в грядущие успехи республики Томато, но, надеюсь, не доживу.
