Всю жизнь ее снедало страстное, всепожирающее, доходящее до паранойи желание ничего не делать. Ради достижения этой великой цели она была готова на любые жертвы, даже на учебу в дурацком Институте нефти и газа. Аббревиатуру “вуз” она расшифровывала так: “выйти удачно замуж”.
И все получилось так, как она хотела. На третьем курсе она влюбила в себя Феликса из параллельного НИИ. Он был на четырнадцать лет старше и представлял собой типичный экземпляр гениального ученого: золотая голова плюс 100-процентный житейский идиотизм.
Имя нашей героини Евгения, но все родные и знакомые с детства звали ее Женечкой. Она обладала спокойным уравновешенным характером, хватким умом и врожденными благородными манерами. Кроме того, природа наградила ее стройной сухощавой фигурой и привлекательным, внушающим уважение лицом. Многие специально занимаются спортом, чтобы сформировать такую внешность. Женечка терпеть не могла любые формы физической активности, будь то работа, роликовые коньки или беговые лыжи, но с юности и до зрелого возраста, когда я с ней познакомился, выглядела прекрасно.
Хочу немного отвлечься от истории Женечкиной жизни, чтобы порассуждать о схожести и разнообразии человеческих типов. Первые годы жизни в Канаде меня поражало сходство – внешнее и поведенческое – здешних обитателей с моими прежними московскими знакомыми. Вроде другая сторона Земного шара, а типажи те же. Именно это обстоятельство позволило психологам систематизировать и разложить по полочкам различные человеческие характеры. Вместе с тем в реальной жизни встречаются личности совершенно уникальные, не укладывающиеся в рамки любых классификаций. Думаю, Женечка относится к их числу.
В природной грации героини этой истории было что-то кошачье. Кстати, кто такие кошки – хищники или паразиты? Очень интересный вопрос! Вроде бы по всем биологическим критериям – хищники, но, пристроившись к людям, образ жизни ведут совершенно паразитический. Все знают, что кошки капризны, своевольны и неуправляемы, что они равнодушны к хозяевам и только снисходительно позволяют себя любить, но почему-то именно эти их черты сделали кошек самыми популярными домашними животными. Не преданных всем сердцем хозяевам и готовых отдать за них жизнь собак, а именно кошек.
Теперь пора рассказать о Феликсе. Он был не просто выдающимся специалистом в своей области, а ученым с мировым именем. В свои тридцать три года (возраст, когда он познакомился с Женечкой) он уже побывал на нескольких международных научных конгрессах, где его доклады пользовались неизменным успехом. Разумеется, читал он их по-английски. Кроме того, он неплохо владел французским. Что кается внешности, то она, как говорится, подгуляла. Феликс был низкоросл, рыхл, одутловат и плешив. Женщин он стеснялся и даже побаивался. У меня есть все основания подозревать, что именно Женечка была его первой любовницей.
Короче, Феликс и Женечка составили идеальный брачный альянс. Она в качестве жены красотой и благородными манерами компенсировала его комплекс неполноценности и позволяла уверенно чувствовать себя в приличном обществе. Он же своим заработком обеспечивал ей тот образ жизни, к которому она стремилась: целыми днями “заниматься собой”, то есть ни хрена не делать, но при этом все иметь и не думать о том, как латать прорехи в семейном бюджете.
Сразу же после свадьбы молодые отбыли в Венесуэлу, где Феликс получил должность ведущего специалиста в крупном межгосударственном контракте. Там у них был большой дом с бассейном и трое слуг – садовник, горничная и повар. Семь лет в Венесуэле были самыми лучшими в Женечкиной жизни. О таком любая женщина может только мечтать: заграница, роскошь, светские приемы на самом высшем уровне. Например, Женечка запросто общалась с женами министров и послов крупнейших мировых держав. На каком языке? Это особый разговор.
Что такое светскость? Это умение непринужденно и с достоинством вести себя в обществе. Я уже упоминал, что Женечка обладала этим свойством на генетическом уровне. Она, например, в отличие от большинства женщин была немногословна и умела слушать с заинтересованным выражением лица. В ней совершенно не было высокомерия, но всегда чувствовалось достоинство. Что касается иностранных языков, то она никогда не занималась их систематизированным академическим изучением, а просто хватала на лету отдельные слова и выражения. Они выскакивали из нее без всякого напряжения и почти всегда к месту. Это производило самое лучшее впечатление на болтавших без умолку собеседниц.
А потом возникли проблемы с финансированием проекта, и перед Феликсом встал выбор – возвращаться в российский хаос или остаться на Западе. Женечкин муж выбрал второй вариант, потому что он был ученым, а не аппаратным функционером со связями в правительственных кругах. Так они оказались в богатой нефтью канадской провинции Альберта. После теплого Каракаса продуваемый холодными ветрами Калгари с его долгой суровой зимой показался Женечке до крайности неуютным. Муж много и тяжело работал, русских в городе было мало, и они были какие-то странные. Все-таки между дипломатами и иммигрантами имеется существенная разница. Женечка затосковала. Видеть грустное лицо жены и ее заплаканные глаза для Феликса было мукой.
– Может быть, тебе стоит устроиться на какую-нибудь работу? – как-то спросил он с участием и заботой в голосе.
И тут случился первый в их совместной жизни скандал. Женечка превратилась в разъяренную фурию и выкрикивала совершенно непотребные вещи. На следующий день, успокоившись, она даже попросила у Феликса прощения, но что-то в их отношениях нарушилось. И хотя семья по-прежнему не испытывала никаких финансовых проблем, окружавшая их прежде аура светскости и благополучия исчезла. Между супругами повисло напряженное отчуждение, подобное мучительному хроническому недугу.
Всё вместе – суровый климат, ощущение своей инородности в новой стране, бросающееся в глаза противоречие между напряженной занятостью мужа и полным бездельем жены и отсутствие между ними душевного контакта – подточило и без того слабое здоровье Феликса. Он умер от инфаркта прямо на работе. Похоронные хлопоты взяла на себя корпорация. Она же выплатила Женечке солидную двухмиллионную страховку.
С такими деньгами не было никакого смысла возвращаться в Россию, превратившуюся для нее за годы заграничной жизни в чужую и полную неведомых опасностей страну. Женечка, ставшая к тому времени гражданкой Канады, перебралась из ненавистного Калгари в тихую Оттаву, купив здесь маленький уютный бунгало на берегу реки. Последнее время она стала появляться на людях с неким Яшей – тихим интеллигентным мужчиной лет пятидесяти пяти.
Ну, и к чему я все это рассказываю? Сам не знаю. Раздражение какое-то у меня по поводу этой Женечки. Не люблю я таких женщин…
