Новый год настает. И существует поверье, что как вы его отпразднуете, так и год потечет дальше. Конечно, как принято в нашей общине, встреча Нового года проходит либо дома, с семьей и друзьями, либо в одном из многочисленных русских ресторанов, где плечом к плечу с сотнями других агорафилов мы поглощаем несметное количество еды и питья и топчемся на пятачке перед сценой, чтобы избавиться хотя бы от части только что полученных калорий.
Хотя толпы туристов осаждают это здание с утра до вечера 365 дней в году, у самих жителей Торонто отношение к нему несколько скептическое и даже неуверенное. И вправду, оно к чему, зачем? Вроде и ничего особо музейного в нем нет, ну, сходишь один раз, когда тетя из Нью-Йорка в гости приедет, а дальше что? Этот невероятный гибрид величия и пародийности вызывает больше вопросов, чем дает ответов. Но ведь можно смотреть на «замок» Каса Лома иначе: как на живой пример воплощенной архитектуры воздушных замков.
Короче, сэр Генри, давний наш мечтатель, родился на брегах… Эк занесло меня. На брегах озера Онтарио родился он, вернее, на его северном берегу, 6 января 1859 года, в городе Кингстон, который буквально за несколько лет до этой знаменательной даты оставался столицей Канад. Это не опечатка – Кингстон был назначен первой столицей объединенных Канад (Верхней, которая Онтарио, и нижней, которая Квебек) и играл эту роль с 1841 по 1844 год. Но это совсем другая история, а мы про Генри.
Конец прошедшей недели отметился внезапным снегопадом. Вечером, без всяких предварительных предупреждений, зима напомнила нам о своем приближении. Мы были атакованы снегом на всей территории Торонто – от наших северных границ в Авроре, до южных – побережья озера Онтарио. Очередная беседа с Игорем Мусатовым, представителем AutoOne Group, происходила вечером того дня.
Липкин был мнительным человеком. Ему всегда казалось, что кто-то тайно наблюдает за ним, слушает, что он говорит, читает его письма – словом, постоянно незримо присутствует в его жизни. В СССР этим страдали многие, но он уже пятнадцать лет как уехал, а неприятные ощущения не проходили.
Приходя домой, он иногда заглядывал под кровать. Сам с собой разговаривал и чувствовал, что съезжает крыша. Кто мог сидеть под кроватью? – он жил один, дверь всегда тщательно запирал. И тем не менее, его не покидало чувство, что кто-то незримо присутствует в его жизни. Он осторожно пожаловался семейному врачу, тоже бывшему гражданину СССР. Врач, Осип Владимирович Гринберг, глядя поверх очков, внимательно его выслушал и что-то записал на чистом листе бумаги, который лежал перед ним.
Вот мы и в Ленинграде – Санкт-Петербурге (звучит непривычно, хотя, конечно, красиво). Я была здесь сто лет назад, почти ничего не помню. Самолет подруливает к зданию аэропорта Пулково, на котором написано: “Добро пожаловать в Санкт-Петербург, город-герой Ленинград”.
– Знаешь, почему он герой? – спрашиваю дочь.
– Да, читала… и про эту девочку: “Умерли все. Осталась одна Таня.” Страшно…
– Очень…
Давайте представим, ребёнку в этом году исполнилось 15 лет. Может быть, вы думаете, что RESP программа уже не для вас, так как время ушло, однако это не так. Вы имеете право внести до $15,000 за 2 года и 1 месяц, получить от государства гарантировано как минимум 20% прибыли на свои вложения и, как только ваш ребёнок будет зачислен на любые курсы, продолжительностью не менее 3-х недель, 10 часов в неделю, забрать свои вклады вместе с интересом.
По данным международного статистического бюро “Zoghi”,
у 95 процентов американцев различных (в том числе и не христианских конфессий) не вызывает раздражения традиционное празднование рождества в общественных учреждениях. В то же время, 46 процентов граждан США крайне озобочены возрастающим стремлением местных властей лишить новогодние торжества их религиозной сути.
На Первом канале российского телевидения только что завершился премьерный показ 12-серийного телевизионного фильма “Оттепель”. “Этот фильм, конечно, посвящён моему папе и его друзьям, многие из которых уже ушли, их не так много осталось. А это были фантастические люди, и они прожили фантастически яркую жизнь”, – говорит режиссер сериала Валерий Тодоровcкий. Его отец – заслуженный деятель искусств Украинской ССР, народный артист РСФСР, номинант на премию “Оскар”, лауреат премии “Ника” Петр Ефимович Тодоровский был ярким представителем советских кинематографистов-шестидесятников.
Концертный зал имени Роя Томсона – это, прежде всего, дом всемирно известного Торонтского симфонического оркестра. Самые яркие программы, самые известные дирижеры и солисты – все это необычайно привлекательно как для местных, так и для приезжающих к нам в гости меломанов. Но при всей любви к музыке, житель Большого Торонто вовсе необязательно может посещать эти великолепные концерты. Причин может быть несколько, но главные из них – это немалая цена билетов и нежелание либо невозможность добираться в концертный комплекс, расположенный в самой оживленной и беспокойной части города. Но если все же послушать хорошую оркестровую музыку хочется, так сказать, не отходя от кассы, – выход есть. Ведь в разных районах Большого Торонто функционирует несколько вполне профессиональных и качественных музыкальных коллективов.
Геннадий Прохорович Самохин располнел, на его лице, прежде невозмутимом, появилось растерянное, даже плаксивое выражение. Деньги, которые при Советах удалось скопить, превратились в ничто. Он и не помнил, в каком месте на даче закопал трехлитровые банки с этими бумажками. От прежнего благополучия остались машина, дача и квартира. С начала 90-х он начал “бомбить”, но пассажиров выбирал осторожно и молодежь старался не брать.
Каждый день в криминальной хронике рассказывали страшные истории и публиковали фотографии с изуродованными трупами.
Из заработанного он оставлял на питание, остальное обменивал на доллары и прятал в надежном месте. Прежние знакомые, давно пенсионеры, ждали, когда доведенный до отчаяния народ поднимется и потребует возвращения советской власти, при которой они были на руководящей работе. Шепотом передавали слухи, что в подполье обкомы во главе с Центральным Комитетом ведут работу по восстановлению СССР.
