Спектакль “Вишневый сад” режиссера Дмитрия Жуковского в Торонто
Английская фраза “He/she doesn’t suffer fools gladly” относится к людям, которые не приемлют глупости. На свою беду, я отношусь именно к этой категории людей. Может быть, в этом причина моего давнишнего отношения к чеховскому “Вишневому саду” – я его не сильно жаловала с первого дня знакомства. Как говаривал Райкин, “Режьте меня на куски, рвите меня на части, кушайте меня с маслом”. Наверняка, мое признание вызовет всеобщее возмущение. Но я, со свойственным молодости максимализмом, считала, что все персонажи пьесы невообразимо глупы, и как можно сочувственно относиться к их проблемам, когда они сами себе их и создали по собственной глупости. Не улучшали дела и многочисленные постановки “Сада”, которые – вольно или невольно – я посещала, начиная, по-моему, с шестого класса. Только позднее я узнала, что сам Чехов считал свою пьесу комедией и был очень сердит на Константин Сергеича за прочтение ее как драмы, если не сказать трагедии. Конечно, с возрастом я стала относиться к героям терпимее. Тем не менее, спектакли в самых разных театрах были до зевоты однообразными.
Я читала, что после развала СССР режиссеры стали вводить в свои трактовки пьесы политические подтексты. Такой подход так прочно вошел в театральный быт постсоветской России, что последняя постановка Марка Захарова, лишенная таких подтекстов, вызвала у критиков серьезные нарекания – было даже заявлено, что спектакль “ни о чем”.
Но в Канаде и в других странах Запада, где фига в кармане – явление чуждое и непонятное, постановщики чеховского шедевра не прибегали ни к каким политическим аллюзиям. Тем не менее, и здешние режиссеры ударялись в крайности. Лет двадцать назад небольшая антрепризная труппа ставила в Квебеке “Вишневый сад”, больше напоминавший цирк, чем драматический спектакль. Даже текст был урезан до минимума. С другой стороны, несколько лет назад на театральном фестивале в Ниагаре-на-озере “Вишневый сад” был поставлен с невообразимой серьезностью и даже надрывом, что вызвало волну отрицательной критики.
Но сейчас речь идет о судьбоносной, можно сказать, встрече и о том, что из нее вышло. Однажды, в не столь давние времена, проживающий ныне в Канаде выпускник Щукинского училища, российский актер, режиссер и преподаватель сценического искусства с 25-летним стажем Дмитрий Жуковский познакомился с компанией под названием “Chekhov Collective”. “Чеховский коллектив” специализируется в постановке пьес Антона Павловича Чехова на английском языке и при этом использует методику племянника великого писателя – русско-американского актера, режиссера и преподавателя Михаила Александровича Чехова, основателя актерской школы-студии, через которую прошло множество голливудских звезд. Дмитрий Жуковский также является адептом Михаила Чехова и использует его методику в своей деятельности. Так что роман между ним и упомянутым коллективом вспыхнул, можно сказать, с первого взгляда. Первой совместной работой стал спектакль “I Take Your Hand in Mine” по пьесе драматурга Кэрол Рокаморы. В основу пьесы легла переписка Чехова с женой, актрисой Ольгой Книппер. Спектакль, где Жуковский выполнял обязанности не только режиссера, но и дизайнера, шел весной прошлого года в течение четырех дней. Новая же совместная работа “Коллектива” и организованного Дмитрием Жуковским “Театруса” имеет более продолжительную жизнь – две недели, что для небольшого драматического театра в Канаде весьма значительный срок.
Все анонсы спектакля начинались со слов автора пьесы “Да это же комедия!”, которые уже указывали на определенный подход к чеховскому материалу. Ожидания не обманули: канадский зритель послушно смеялся в нужных местах. Для зрителя же русскоязычного такая трактовка могла показаться непривычной, что никоим образом не умаляет достоинств спектакля. Актерский состав – дюжина крепких профессионалов, многие из которых достаточно широко известны в канадских театральных кругах. И хотя спектакль идет на английском языке, наше многолетнее знакомство с пьесой вкупе с прекрасной артикуляцией актеров, хорошей акустикой и небольшим размером зала дают возможность следить за ходом представления даже тем, чьё владение английским далеко от совершенства. Кроме того, текст собран из нескольких отличных переводов пьесы на английский, что тоже способствует его незатрудненному пониманию. Мне из актеров больше всех понравился Юрий Ружьев, исполняющий роль глупого и напыщенного лакея Яши, а также – в своей коротенькой роли Прохожего – сам режиссер (и не нужно обвинять меня в предвзятости! Посмотрите спектакль и удостоверьтесь сами). Постановка отличается изяществом и легкостью – но ни в коем случае не легковесностью. Сбалансированный подход дается далеко не каждому режиссеру, и поэтому так отрадно было видеть веселье – но без истерики и грусть – без гипертрофированного трагизма. Режиссерская работа настолько ненавязчива, и в то же время настолько точна, что зритель сам делает выводы, к которым постановщик его вроде бы и не подталкивает, но тактично подводит.
Декорации работы еще одного нашего соотечественника Дмитрия Хильченко легки, мобильны, и многофункциональны – что, впрочем, обычная вещь в небольших драматических театрах Канады и Штатов. Правда, карликовые вишневые деревья в кадках придают сцене несколько японский дух, но, может, ассоциации с цветущей сакурой появились только у меня. Для русскоязычного зрителя в пьесе содержится еще два небольших подарка: исполнение романсов под гитару на сносном русском языке и русскоязычные реплики Прохожего. Это, так сказать, розочки на торте.
Точнейший баланс, достигнутый Дмитрием Жуковским в постановке “Вишневого сада” делает спектакль интересным для любого зрителя с любыми требованиями. Хотите драму? Здесь ее достаточно: Раневская с ее историей – стопроцентное олицетворение драмы. Хотите комедию? – Да пожалуйста: вот вам реплики Семенова-Пищика, да и забавный Епиходов, который кий сломал. Мыльную оперу? – Шарлотта, не знающая, кто ее родители и настойчиво упоминающая сей факт – чем не мексиканский сериал? (Если бы мы не были знакомы с сюжетом, то вполне могли бы ожидать, что это ружье выстрелит где-нибудь в третьем акте). Любите цирк? Та же Шарлотта, с ее фокусами и акробатикой. Любовная линия? А как же! И не одна! Политику вам? Послушайте пламенные речи Трофимова. Связь с современностью? Да вот вам непреходящий сюжет “из грязи в князи” и “терпенье и труд все перетрут”. Да и что в сегодняшнем Торонто с его вздутыми ценами может быть более актуально, чем сделка с недвижимостью? Ну, и так далее.
Конечно, всё это шутки, но если серьезно – прекрасно поставленный Дмитрием Жуковским спектакль действительно удовлетворит запросы любого зрителя. Каждый вынесет из этого “Вишневого сада” вишенку на свой вкус.
Спектакль идет до 14 февраля. Начало в 8 ч. вечера. Цены на билеты начинаются с 30 долларов, а перед спектаклем их можно купить и по 26.
Berkeley Street Theatre [Upstairs], 26 Berkeley St., Ontario, Toronto. 416-368-3110.
