– Евгений Михайлович! Товарищ Онегин! Ну, где же вы?
– Я здесь. Извините, на минуточку в туалет отлучился.
– Ваш заграничный паспорт готов. Распишитесь вот здесь. И по прибытию в Канаду не забудьте зарегистрироваться в российском консульстве.
Так выпускник романо-германского отделения филологического факультета МГУ оказался в стране кленового листа. Только не подумайте, что его послали сюда со служебной миссией. Женя был баловнем судьбы. Он уродился красивым, умным и талантливым. Уже много, но это еще не все. Едва он защитил диплом, как его разыскала Инюрколлегия. Оказывается, у Жени в Канаде был богатый бездетный дядя, который завещал своему одаренному и говорящему по-английски племяннику животноводческую ферму с заводиком колбасных изделий.
Вступив во владение фермой, Женя задумался. Два дня ему казались новы уединенные поля, но тратить молодые годы на освоение технологии колбасного производства и тонкости фермерского ремесла не хотелось. Честно говоря, его откровенно воротило от запахов навоза и кровавых расправ с ни в чем не повинными животными. Это было еще дальше от филологии, чем Торонто от Москвы. Многолетний дядин менеджер Ирвинг не смог скрыть облегчения, когда Женя сказал ему о желании продать ферму.

В марте Бокаловы впервые за 9 лет иммиграции выбрались на Кубу. О, прекрасные пляжи Варадеро с белым песком! О, кристально прозрачная океанская вода! О, краски коралловых рифов!

Еще в самолете Бокаловы обратили внимание на обилие говорящих по-русски пассажиров. В аэропорту имени Хосе Марти русских было еще больше. Андрей некоторое время прислушивался к гомону толпы приезжих, а потом шепотом выдал резюме:
– Их возмущают три вещи: жара, запахи и тормознутые таможенники.
– А я рада, что наконец на земле, – сказала Нина.